Кошмар в пригороде (2024)

Семья Миллеров — Марк, Эмми и их дочь-подросток Софи — переезжает в старый дом на Тенистой улице. Первые дни — это распаковка коробок с книгами, запах свежей краски в гостиной и скрип половиц. Соседи, вроде пожилой Гвен через дорогу, кажутся дружелюбными, но слишком интересующимися: «В главной спальне на втором этаже спите?» — уточняет она, помогая донести сумки. Странности начинаются с мелочей: каждый вечер на лужайке находят дохлых скворцов, а Софи жалуется, что ночью кто-то дышит под дверью её комнаты. Марк, поглощённый новой работой в архитектурной фирме, отмахивается: «Это старый дом, Эм. Он просто оседает». Но однажды ночью Эмми чётко слышит с чердака ритмичные, влажные шаги, будто кто-то босой и с мокрыми ногами ходит кругами.

Напряжение нарастает, когда Софи, копаясь в сарае, находит заржавевший детский рюкзак с тетрадями, исписанными одним словом: «Пола». Эмми, тайно от мужа, звонит предыдущим владельцам. Женщина, срывающимся голосом, говорит: «Мы уехали, потому что наша дочь перестала спать. Она всё говорила, что в её комнате живёт грустная девочка, которая хочет нашу семью». Гвен, застав Эмми в слезах у почтового ящика, негромко замечает: «Здесь такое случается. Дом выбирает семью, а не наоборот. Хотите, я принесу вам своё ежевичное печенье?» Кульминация наступает в пятницу, когда Марк задерживается на «совещании». Эмми, проверяя историю дома в архиве, наталкивается на газетную статью 1978 года об исчезновении девочки по имени Пола Дэвис. На пожелтевшей фотографии она узнаёт свой дом. В этот момент звонит Марк, и на фоне слышен тот самый звук — мерные, мокрые шаги. «Эмми, — его голос звучит неестественно ровно, — я думаю, мне нужно тебе кое-что рассказать. Я… я рос здесь. Это мой старый дом».