Что они нашли (2025)

Лидия, бывшая журналистка, роется в старых коробках в подвале своего отца Генри, перебирая папки с квитанциями за свет и старые руководства по эксплуатации. Её дочь-подросток Кэт сосредоточено листает телефон, подпирая дверь кроссовком. Разговор прерывается телефонным звонком от управляющей дома, требующей срочно разобрать вещи. «Она сказала, что если мы не вывезем этот хлам до четверга, всё уйдёт на помойку», – бормочет Лидия, сдувая пыль с обложки потрёпанного ежедневника 1998 года. Между страниц с графиком дежурств и списком продуктов она находит ключ от почтового ящика и конверт с фотографией незнакомого загородного дома и координатами, нацарапанными на обороте. «Что это за место?» – спрашивает Кэт, отрываясь от экрана. Лидия пожимает плечами: «Не знаю. Но папа это явно хранил».

Они едут на ржавой «Тойоте», арендованной на сутки, споря по поводу поворота с навигатором. Координаты приводят их к заброшенному дому у лесного озера, с облупившейся зелёной краской на ставнях. Кэт находит вход в погреб – дверь почти скрыта зарослями ежевики. Внутри, среди пустых банок, Лидия светит телефоном на запылённый металлический сейф, к которому подходит их ключ. Вместо денег или документов они находят пачку писем, завёрнутых в промасленную ткань, адресованных Генри от женщины по имени Ирина. В последнем письме, датированном 2001 годом, чернила расплылись от влаги: «...а если ты не приедешь до осени, я всё скажу твоей жене про нашу девочку». Лидия смотрит на Кэт, которая молча разглядывает детскую серебряную ложку с гравировкой «М», лежавшую в том же свёртке. Они сидят на крыльце, не решаясь тронуть бутерброды, а ветер шевелит страницы в руках Лидии. «Мама, кто она?» – тихо спрашивает Кэт. Лидия не отвечает, глядя на ржавый замок на калитке и примятую траву на тропинке, будто кто-то ходил здесь недавно.