Луна, Лайка и Носферату (1 сезон)

Луна, пятнадцатилетняя школьница, каждое утро перед уроками развозила заказы из семейной пекарни «Амано» на ржавом велосипеде с корзиной. В переулке за станцией Сибуя, где валялись пустые банки *Ramune*, она нашла щенка с облезлой шерстью и ошейником с гравировкой «Лайка». «Ты же не сбежишь, если я принесу тебя домой?» — спросила она, вытирая лапы пса своим шарфом в крапинку. Ночью, когда Луна услышала скрип половиц, она застала в гостиной высокого мужчину в потёртом фраке, который гладил Лайку дрожащей рукой. «Меня зовут Носферату, — прошептал он, не отрывая красных глаз от собаки. — Это существо… оно не должно быть здесь».

Лайка начала исчезать — сначала пропал ошейник, потом кончики лап стали прозрачными, как акварель. Луна, спрятав в рюкзак фонарик и старую карту из библиотеки, пробралась в заброшенный храм на окраине города, где Носферату, сидя на разбитом алтаре, листал книгу с засохшими крыльями летучей мыши между страниц. «Она — ключ к вратам, которые нельзя открывать, — сказал он, указывая на дрожащую Лайку. — Если не вернёшь её до рассвета, твой мир и мой сколлапсируют». Луна, схватив песца за ошейник, бросила в вампира банку сгущёнки из рюкзака («Бери и катись!») и побежала к реке, где свет фонаря выжег на земле круг из символов, скопированных с карты.