Игры Биста (1-2 сезон)

Лина Мартинес щелкала клавишами, сидя на ящике из-под пива в подвале Бруклина. Кофе в треснувшей кружке "I ♥ NY" давно остыл. На экране мелькнул файл с грифом «PROJECT BISTA» — кадры операций на темнокожем мужчине в химзащитном костюме. «Черт, Джейк, глянь на это, — она толкнула ногой дверь, — тут не взлом, а целое завещание какого-то докторишки». Джейкоб Райт, чинивший радиоприемник на кухне с облупившимися обоями, бросил паяльник: «Опять твои конспирологии?» Но уже листал распечатки, пальцы дрогнули на фото знакомого здания — старой аптеки его детства в Queens, теперь с колючей проволокой на крыше. Звякнул телефон: «Рейдер, ты в дерьме. Чемодан под третьей скамейкой на Fulton Street. Ключ — дата твоего увольнения». Голос информатора напомнил Джейку запах сигарет «Marlboro» — как у напарника, погибшего в Кабуле.

В лаборатории под Невадой пахло озоном и йодом. Лина, протиснувшись через вентиляционную решетку, уронила фонарик. Луч выхватил стеклянные цилиндры: внутри мальчик лет десяти прижимал к груди медвежонка с оторванной лапой. «Джейк... Они живые?» — «Хуже. Смотри». На мониторе мигало расписание: «6:00 — пробуждение, 6:15 — завтрак, 6:30 — тренировка». В углу валялась игрушечная машинка, обмотанная проводами. Взвыла сирена. Джейкоб, опрокидывая стол с микроскопами, крикнул: «Ищешь выход? Давай, мозги!» Лина, вскрывая панель с проводами под потолком, усмехнулась: «Ты ж хотел подвигов?» Голограмма доктора Греви в разорванном халате возникла за спиной: «Они копируют эмоции через игрушки... Остановите...» Экран погас, оставив синий отблеск на фотографии — Греви с дочкой на пляже, с надписью на обороте: «Пап, не опоздай на мой концерт».